Подписка на новости



RE: новация. Денис Степанов

В  последнем материале проекта «RE: новация» мы публикуем разговор об архитектуре двух несостоявшихся архитекторов,  который, по стечению обстоятельств, происходил в МАрхИ. Оба, и интервьюер и интервьюируемый, ушли из профессии, но не изменили творчеству.

Денис Степанов: "Я считаю, что у творческих людей обязательно должна быть связь с андеграундом. Но закончив МАрхИ, сидя в офисе и будучи "офисным планктоном", ты никогда не поймешь всей соли того, что происходит в мире, в т

03.07.2013, 09:08 | Автор: Екатерина Тараскина



В  последнем материале проекта «RE: новация» мы публикуем разговор об архитектуре двух несостоявшихся архитекторов,  который, по стечению обстоятельств, происходил в МАрхИ. Оба, и интервьюер и интервьюируемый, ушли из профессии, но не изменили творчеству.
 
 
Денис Степанов – амбициозный выпускник МАрхИ,  на счету Дениса организация нескольких масштабных андеграундных мероприятий, громких флешмобов и создание собственной студии звукозаписи.
 
 
Екатерина Тараскина – в прошлом архитектор, сегодня фотограф, журналист,  автор портала ARCHiPEOPLE.
 
ФОТО: Александра Голикова
 
Екатерина: Денис, мне интересно пообщаться с человеком, который так же, как и я ушел из профессии и находится в поиске своего уникального пути развития. Расскажи о себе и о том, чем ты занимаешься, что чувствуешь.
 
Денис: Несколько лет назад,  в бытность мою архитектором, все было хорошо. Ситуация в профессии круто изменилась после кризиса - работать стало достаточно напряженно. Сегодня все хотят от архитектора, чтобы он один мог делать все: чертил, визуализировал, вел надзор, работал допоздна, выходил в выходные. А хорошо платить при этом не хотят. Но дело даже не в зарплате. Вкладывая такие силы, ты, естественно, ждешь какой-то отдачи.
Какие сегодня перспективы в архитектуре? Ты можешь работать, работать, и тебя в конце концов поставят ГАПом на какие-то известные проекты. Но при этом, если ты работаешь в фирме, ты все равно идешь под именем этой фирмы.  Это вроде бы твой проект, а вроде и не твой. Какие-то личные перспективы возможны, только если ты открываешь свой бизнес. Но открывать бизнес в нашей стране нужно, уже имея некоторую базу: знакомые, родители в архитектуре…
 
Екатерина: А твои родители архитекторы?
 
 
Денис: Нет. Но мне всегда нравилось креативить, чертить, что-то создавать. Я люблю глобально мыслить. Я почему и говорю постоянно про перспективы. Архитектура этому учит: понимать что-то не с одной стороны, а видеть все вместе, как это должно быть.
 
Мне хочется привносить новое, но так, чтобы это новое было реализовано. Через архитектуру реализовать сегодня что-то свое в нашей стране практически нереально.
 
Есть один важный момент, который я понял. Ты должен ценить свое время и вкладывать большое количество личных ресурсов, только когда получаешь достойную отдачу. Иначе у тебя не будет сил на новый этап. Этот обмен должен идти постоянно. В архитектуре сейчас его нет. Проекты идут годами, а по сути ты лишь реализовываешь прихоть заказчика. Тратишь себя целиком, а что получаешь взамен?
 
Я довольно много общался с архитекторами, проводил с ними время – пытался какие-то «движухи» мутить. Но в итоге все упиралось в то, что они не особо что-то хотят делать сами.  Полностью погружены в офисную работу. В итоге получается, что архитектор в массе своей - обычный «офисный планктон». Он не творит. Все творчество заканчивается на эскизах.
 
 
Архитектура – это престижно и высокооплачиваемо, если ты достиг определенного уровня. Но сейчас это не творчество.  Это коммерция, политика – все, что угодно, но не творчество. А нас же всех учат, что архитектура – это творчество. И когда ты выходишь из института, попадаешь совсем в другую реальность. Ты знаешь, кстати, что МАрхИ недавно вошел в список  самых неэффективных ВУЗов (7 место)?
 
Екатерина: Не так давно об этом писал Евгений Асс: «главной проблемой является полный разрыв архитектурного образования с реальностью современной жизни во всех ее проявлениях».
 
Денис: Тут дело даже не в образовании, а в том, как у нас в России устроена архитектура: все на связях, на стереотипах и шаблонах, нет людей которые хотят вкладывать деньги в идеи. Я работал ГАПом в Гипрогоре, несколько месяцев был главным архитектором Старой Купавны и видел эту ситуацию изнутри.
 
Екатерина: И как ты для себя решил бороться с этой ситуацией?
 
Денис: Я создал студию звукозаписи. Когда у тебя есть свое дело, есть клиенты, когда ты работаешь только на себя и сам создаешь себе график, творчество полностью твое. Мне больше не нужно ни у кого ничего утверждать.
 
Екатерина:  В прошлом году ты активно взялся развивать культуру андеграунда, хотел вывести «подпольное» искусство на новый уровень. Говорил: «нужно, чтобы андеграунд стал мейнстримом – тогда в освободившейся нише появится что-то принципиально новое».  В тебе еще живы эти идеи? Продолжаешь начатое?
 
 
Денис: Андеграунд очень много дает в плане понимания того, как все устроено. Через нарушение запретов, законов. Реальная жизнь ведь не в офисах, не в интернете, она на улицах. В интернете все абстрактно. И законы тоже абстрактны.
 
Только выйдя на улицу, в неформальный мир, ты понимаешь, что такое реальная жизнь, и у тебя появляется множество идей.
 
Я считаю, что у творческих людей обязательно должна быть связь с андеграундом. Но закончив МАрхИ и сидя в офисе, ты никогда не поймешь всей соли того, что происходит в мире, в творчестве, на соседней улице.
 
Давай на примере музыки. Один из основателей классического даб-степа писал треки – один трек в день, абсолютный андеграунд, никакого качества. Он сам говорит в интервью: «Я просто накладываю различные шумы».  Свою музыку "из ничего" он дал продюсеру, тот послушал – "прикольно", продвинул – и человек знаменит на весь мир. В Европе есть эта связь неформального и формального.  Из неформального черпают идеи для развития. У нас такой связи нет.
 
Я пытался создать эту связь, но все оказалось намного хуже. Потому что люди, которые у нас творят, рисуют, пишут музыку, не хотят развиваться. Если на Западе неформалы реализуются, то у нас все просто тусуются. Периодически проходят выставки. «Фарш», выставки в ГТ (Прим. ред.: известный недостроенный трубно-кабельный коллектор в Москве), в Сьянах (Прим. ред.: заброшенные каменоломни).… Но это все делается для себя, для своей компании. Этот «Фарш» проходит уже несколько лет. Ну и что?
 
Идеи есть, но их нужно выцеплять. Брать концепты и продюсировать.
 
Екатерина: Что ты планируешь делать для этого?
 
Денис: В первую очередь - создать площадку. Я разрабатываю масштабный музыкальный портал, потому что нигде в интернете нет толковой площадки для общения представителей шоу-бизнеса. Я планирую собрать вокруг себя активных людей. Мы уже сейчас можем продвигать талантливую молодежь, если она сама готова что-то делать для этого. Например, мы делаем летом open-air - готовы приглашать креативных художников или людей, которые делают интересные шоу.
 
 
 
Екатерина: Не боишься новых разочарований?
 
Денис: Разочарования будут постоянно. Я это уже понял.
 
Но сейчас мне проще. Музыка - это основное, чем я сейчас занимаюсь. Это не только приносит мне базовый доход, но и помогает расширять нужные знакомства. И у меня уже есть возможность как-то влиять на эту тусовку. Я не тороплюсь. Медленное планомерное развитие - путь, который сейчас актуален, он работает. Резко ничего не изменить абсолютно нигде: ни в архитектуре, ни в музыке.
 
Я и в архитектуре пытался действовать поступательно. Но там это не работает. Ты что-то предлагаешь, и это сразу зарубают на корню. И я для себя не придумал никакой схемы, как здесь что-то можно изменить.
 
Наверное нужно вместо Кремля что-то другое построить, чтобы у всех перевернулось сознание: «Как такое произошло?».
 
Екатерина: В июле 2012 ты пошел за поддержкой в ВООПИиК (Прим. ред.: Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры - ред.). Хотел делать яркие мероприятия в стенах полузаброшенных исторических зданий: c одной стороны, развивать андеграунд, c другой, привлекать внимание к проблеме архитектурных памятников. Чем закончилась эта история?
 
Денис: Все прошло так же, как попытки расшевелить ГИПРОГОР. ВООПИиК никак не сможет нам содействовать. Самое лучшее, что они предложили, звонить охранникам или владельцам зданий и с ними договариваться. Искать помощи у ВООПИиК – большой неработающей «машины» – нет смысла.
 
Екатерина: Ты говоришь, что в российском андеграунде никто ничего не хочет делать. Но в последнее время все чаще появляются качественные проекты, многие ребята становятся известными за пределами тусовки. Как пример, руфер Виталий Раскалов,  интернет-проект об экстриме Show yourself и многие другие. Это ли не продвижение андеграунда?
 
Денис: Можно назвать подобную деятельность продвижением андеграунда. Но большинство вкладывается в проекты не для того, чтобы что-то развивать глобально, а для того, чтобы продвигать себя, зарабатывать деньги, кидать понты. Я хочу получить не известность, заказы и деньги, а влияние, чтобы иметь возможность изменить ситуацию.
 
Екатерина: Институт, работа архитектором как-то помогли тебе в твоих сегодняшних проектах?
 

Денис: Я взял базу, которая дается в институте, но она не архитектурная. Очень важно не то, какая у института специализация, а как он учит мыслить.


Мой институт неправильно рассказал мне об архитектуре, но он научил меня мыслить глобально, дал те базовые знания, которые нужны для жизни и движения вперед.

 

Сейчас темпы развития очень высоки, и человек должен уметь познавать новое, должен научиться учиться. Потому что он закончит институт, и всё, чему его там научили, устареет, а умение познавать - останется. И у него будет тот навык, который поможет ему выкарабкаться.


Еще по теме:
Архитекторы
RE:новация

Просмотров: 6983

Оставить комментарий

Популярные статьи

Конкурсы

Все конкурсы