Сохраним МАРХИ

Можно вообще не иметь площади,

но получить статус «эффективный вуз».

Екатерина, на момент выявления эффективных и неэффективных российских вузов МАРХИ, как и многие другие архитектурные учебные заведения, был поставлен в один ряд с институтами и университетами совершенно иной направленности. Считаете ли Вы подобный метод оценивания объективным? Иными словами, можно ли сравнивать между собой, например, архитекторов, спортсменов и физиков?

На мой взгляд, направленность вузов должна быть учтена. В различных учебных заведениях существуют особенности поступления и обучения, обусловленные спецификой образовательных программ. Например, для зачисления в МАРХИ результатов ЕГЭ недостаточно: творческие способности абитуриента оцениваются в ходе обязательных вступительных испытаний по рисунку, композиции и черчению. 

В принципе некорректно оценивать эффективность многопрофильных вузов (университетов) и узкопрофильных институтов (академий) по единым показателям. Например, в структуре эффективного университета может быть неэффективный факультет или институт, но это обстоятельство мониторингом не учитывается. Очевидно, что у крупных федеральных университетов, федеральных исследовательских центров и национальных исследовательских университетов, имеющих официальный статус «ведущих вузов», шансы преодолеть «средний по больнице» порог неэффективности заведомо выше.

Профильным институтам необходим особый подход. Вузы творческой направленности должны соревноваться между собой – в одной «весовой категории».

Как известно, все вузы были признаны эффективными или неэффективными по одним и тем же параметрам (научно-исследовательская деятельность, уровень обучения и преподавания, международная деятельность, взаимодействие с регионами и т.д.). По каким, на Ваш взгляд, критериям нужно было бы оценивать, в частности, Московский архитектурный институт?

Действительно, показатели мониторинга эффективности в 2012 году были едины для всех вузов. Но здесь необходимо уточнить: приводимых Вами параметров «уровень обучения и преподавания» и «взаимодействие с регионами» среди показателей мониторинга нет. Вуз признавался «неэффективным» в том случае, если он не достигал пороговых значений для любых четырёх ключевых показателей из пяти:

1. Средний балл ЕГЭ студентов, принятых по результатам ЕГЭ на обучение по очной форме. Пороговое значение для вузов Москвы: 63 балла.

2. Объём НИОКР (научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ) в расчёте на одного научно-педагогического работника. Пороговое значение для вузов Москвы: 95000 рублей.

3. Количество иностранных студентов (из дальнего и ближнего (СНГ) зарубежья), завершивших освоение основных образовательных программ высшего профессионального образования, в общем выпуске студентов. Пороговое значение для вузов Москвы – 3%.

4. Доходы вуза из всех источников в расчёте на одного научно-педагогического работника. Пороговое значение для вузов Москвы: 1500 тыс. рублей.

5. Общая площадь учебно-научных помещений в расчёте на одного студента, имеющихся у вуза. Пороговое значение для вузов Москвы – 13 квадратных метров.

Что, по-вашему, необходимо было учитывать при оценке эффективности вузов?

Очевидно, что в фокусе мониторинга находилась финансово-хозяйственная деятельность вузов: размер и структура доходов, распоряжение бюджетными и внебюджетными средствами, а также целевое использование недвижимого имущества.

При этом за рамками оценок первого мониторинга остались важнейшие вещи:

1. Эффективность образовательной деятельности вузов оценивалась только на основе результатов ЕГЭ поступивших. Учебные достижения студентов и профессиональные достижения выпускников вуза не учитывались.

2. Эффективность научно-исследовательской деятельности вузов оценивалась безотносительно научных исследований, выполненных научными работниками вуза. Специфика деятельности вузов, связанная с особенностями направлений подготовки (творческая и иная профессиональная специфика) в показателях мониторинга не учитывалась.

3. Эффективность международной деятельности вузов оценивалась только по количеству кадров, подготовленных российским вузом для экономик иностранных государств. Количество действующих договоров с профильными зарубежными вузами, участие вуза в международных образовательных проектах не учитывалось.

4. Оценка эффективности финансово-экономической деятельности вузов не учитывала отношение среднего заработка научно-педагогических работников в вузе к средней заработной плате по экономике региона.

5. При оценке эффективности затрат на высшее образование не была установлена связь с рынком труда, востребованность выпускников вуза.

Что касается вузов с исключительно творческой спецификой, как МАРХИ, то в дополнение к перечисленному выше как минимум должны учитываться результаты творческих вступительных испытаний, творческая деятельность студентов и преподавателей, количество признанных мастеров профессии в преподавательском составе. 

Считаете ли Вы, что представители Минобрнауки РФ перед тем, как давать оценку деятельности того или иного вуза, должны были обсудить все детали с его руководством?

Ключевые показатели, от которых зависит судьба того или иного вуза, безусловно, должны быть известны руководителям вузов. Причём до начала учебного года, по результатам которого проводится мониторинг.

Недавно проректор МАРХИ Михаил Шубенков признался СМИ в том, что вуз сейчас действительно «переживает не лучший период». Как известнейшему Архитектурному Институту страны снова стать «эффективным» и разрешить внутренние проблемы?

Для начала институту надо избавиться от «признаков неэффективности», определяемых в ходе ежегодных мониторингов. Что касается разрешения проблем «не лучшего периода», то, во-первых, эти проблемы надо чётко сформулировать и озвучить. Если это проблемы профессионального образования, то в поиске решений администрация института может обратиться за советом к профессиональному сообществу – практикующим архитекторам, в том числе к своим выпускникам, и, разумеется, к студентам и преподавателям.  

В средствах массовой информации идут неясные и расплывчатые рассуждения о том, что институт якобы должны с кем-то объединить и, возможно, даже куда-то переселить. Считаете ли Вы, что подобные меры помогут МАРХИ снова встать на ноги?

Считаю, что МАРХИ все-таки стоит на ногах. Свидетельством тому является неизменный интерес абитуриентов, желающих получить архитектурное образование именно в этом институте. Что касается разговоров, о которых Вы упомянули, то Министерство заявляет открыто: у вузов, не отнесённых к «эффективным», есть два перспективных пути – оптимизация и реорганизация. По поводу переезда есть известное народное сравнение с пожаром. Чтобы обсуждать  это предметно, надо знать детали предложений: с кем объединяться, куда конкретно переезжать, какие преимущества для архитектурного образования от этих слияний и переездов. Мне такие детали неизвестны.

Один из самых неясных критериев оценки эффективности вузов – площадь учебного заведения, которая сейчас является «больным местом» МАРХИ (её урезали в три раза). Можно ли из-за меньшей площади признать институт неэффективным? Или этот казус никак не сказался на работе вуза?

Насчёт «урезания в три раза» не знаю. Судя по результатам  самообследования, опубликованным на сайте МАРХИ, общая площадь вуза в период с 2006 по 2010 год сократилась примерно на 18%. Методика мониторинга такова, что сам по себе любой из ключевых показателей не является определяющим. Казус, на мой взгляд, в  том, что теоретически можно не иметь площади вообще, но преодолев пороговые значения по другим показателям получить статус «эффективный вуз». 

Что, собственно, вообще изменилось после такой оценки вуза? Начались какие-то внутренние процессы? Какая реакция была у студентов, у преподавательского состава?

Первой реакцией было недоумение и возмущение абсурдностью оценки. Вряд ли найдётся студент или преподаватель МАРХИ, которого порадовали опубликованные результаты мониторинга.

Совсем недавно завершилось поступление российских выпускников в высшие учебные заведения. Можно ли сказать, что признание МАРХИ неэффективным вузом как-то отразилось на количестве абитуриентов?

Не думаю, что это каким-то образом повлияло на заинтересованность абитуриентов в поступлении в МАРХИ. Более того, насколько мне известно, в этом  году  конкурс был  даже выше, чем в прошлом.

 В защиту своей Альма-матер в различных социальных сетях (в Facebook или «ВКонтакте» и прочих) было создано множество групп, например, «Сохраним МАРХИ». Имела ли их деятельность какие-либо результаты?

Группа объединяет на площадке Facebook более 2000 человек, неравнодушных к судьбе Московского Архитектурного института, состоянию архитектурного образования и отечественной архитектуры.

Главным результатом стал перечень показателей, по которым можно более-менее объективно оценить деятельность МАРХИ и других архитектурных вузов. Предложить и обсудить эти критерии в режиме online мог любой желающий. Наиболее применимые (с точки зрения формата мониторинга) предложения были вынесены для обсуждения на «круглый стол», организованный Союзом московских архитекторов,  и легли в основу официального обращения Председателя СМА на имя Министра образования и науки Российской Федерации.

Совместными усилиями инициативной группы «Сохраним МАРХИ» и Союза московских архитекторов удалось добиться того, что в состав рабочей группы Межведомственной к